настроение

Моё лето в Петербурге

Признаюсь честно, я из тех людей, кто может совершенно безостановочно болтать приблизительно на любую тему, поддержать практически любой разговор, рассуждать с равным удовольствием о метафизике и котлетах. Но, совсем другое дело, когда перед тобой открывается электронное приспособление со светящимся яблоком, экран загорается, ты видишь фотообои, демонстрирующие какое-то очередное далекое райское местечко, где ты с радостью бы оказался в любой момент, ты уверенно кликаешь на значок W — и вот тут ты остаешься наедине с абсолютно пустым, безукоризненно белым листом бумаги. Таким же пустым, как твоя голова в данный момент. Ты так много, казалось бы, хотел сказать, и, вроде бы, стоит лишь начать, но первое предложение становится самой великой мукой.

undefined

А начну я, пожалуй, с того, с чего обычно школьники начинают новый учебный год — с сочинения на тему «Как я провел лето». А точнее, с сочинения на тему, как прошло лето в Петербурге. В моём Петербурге.

Лето, конечно, еще не кончилось, но давайте признаем, что в августе оно, как правило, уже очень относительное, равно как воскресение, которое являет собой как бы «полувыходной», ибо к концу дня ты уже морально подготавливаешь себя к рабочему понедельнику.

Лето в Петербурге прекрасно! Для меня в этом году это просто какая-то параллельная вселенная, особенно в последнее время, когда температура не опускается ниже двадцати пяти градусов уже несколько недель. Единственное, что меня, как петербурженку, моментально возвращает на землю (причем с громким шлепком о раскаленный асфальт) из мира, где царствует гуманизм и человеколюбие, так это настоящие мужчины, преисполненные непоколебимой уверенности в собственном шарме и мужественности, разгуливающие в пляжных шортах, вьетнамках и «майках-алкашках» по центральным проспектам и улочкам, а традиционным аксессуаром часто служит баночка пива «Невское» в руке. И есть еще кое-что.

 Я живу в очень петербургском районе, в очень традиционном доме с двором-колодцем. С наступлением жары вместе с распахнутыми окнами нашему слуху открылись все семейные дрязги и переживания наших соседей, их разнообразные музыкальные предпочтения, количество детей и их биоритмы. И у нас уже даже появился «фаворит»: сосед-шиномонтажник, у которого, по всей видимости, плохо ловит телефон (а, может, это его фирменный стиль общения), и каждый раз, принимаясь за очередной диалог, он фактически высовывает свое бренное тело процентов эдак на 75 в окно.

Из его уст льется исключительно табуированная лексика, с редкими вкраплениями литературных слов, которым просто не нашлось эквивалента в матерной речи. Вдобавок к искусному владению благим русским матом, мужчина обладает достаточно эмоциональным мировосприятием и взрывным характером. Общается он регулярно и долго. Очень жаль, что на таких персонажах новые законы ни малейшим образом не отразятся.

 

Еще есть очень приятный интеллигентный дядечка, который регулярно занимается на рояле. Когда мы перезжали в эту квартиру, первое, что мы увидели, была сюрреалистическая картина с поднимающимся роялем на тросах куда-то в область последних этажей. То есть оказалось, что инструменту проще попасть в квартиру через окно, нежели через лестничные пролёты! И, признаюсь честно, теперь каждый раз, подходя к своей парадной и слыша звуки классической музыки, я невольно расплываюсь в улыбке и даже испытываю некую гордость за то, что у меня есть и такие соседи.

Кстати, немного о классике. Шэмрок — один из любимейших пабов, где я не прочь выпить стаканчик бельгийского крика перед сном, и который является, пожалуй, одним из старейших и первых ирландских пабов в городе. Соседство с Мариинкой и Консерваторией делает атмосферу этого непримечательного на первый взгляд места просто уникальной. Каждый вечер после спектаклей сюда приходят музыканты, балерины, артисты, работники сцены, иностранные туристы и т.д.

А недавно я совершенно опешила, увидев, как за столик присели так, будто это совершенно обыденный ритуал, Гергиев, Плисецкая и Щедрин. К слову сказать, на часах было начало первого ночи или что-то вроде того. Несмотря на то, что в пабе было полно народу, никто особо не придал значения тому, кто только что вошёл в заведение.

Ну а я мысленно загадала такую же прекрасную старость, заприметив, что то ли Майя Михайловна, прекрасно выглядящая в 88, то ли ее муж, заказали пинту Гиннеса.

undefined

Вся наша жизнь — это сплошные контрасты. Особенно ярко и остро ощущаешь эти контрасты, возвращаясь из-за границы. Например, недавно мы с друзьями-музыкантами решили в кое-то веки посетить не свой концерт и заодно совместить это дело с небольшим отдыхом. Мы отправились в соседнюю прекрасную страну Финляндию, где чудесным образом провели время на озере, варили борщ из местных продуктов, слушали щебетание финских птиц в лесу, а также немного кормили финских мошек и комаров.

А уже в Хельсинки нас ждала живая легенда — Стиви Уандер, которые в свои 64 все еще ставит на уши стадионы, а те самые мурашки всё также неизменно бегают по спине при каждом, как я это обычно называю, «трёхэтажном мелизме». После безлактозного финского молока Валио, идеальных трасс с пейзажами, напоминающими идеалистические картинки из реклам тех же финских молочных продуктов, после деревянного эко-домика — в первые же часы возвращения в родную квариру, нас ждал «приятный» сюрприз.

Поскольку живём мы на первом этаже, общение с окружающими часто становится неизбежностью. Вот и в тот солнечный день совершенно приличный мужчина средних лет, в меру интеллигентный (судя по наличию очков), буквально присел под нашим окном. В одной руке у него была бутылка Jack Daniels, в другой — дарницкий хлеб в нарезке, а в глазах — вселенская пустота. Две мои кошки с некоторым надменным сочувствием возвышались над ним, сидя на подоконнике. Так, в позе мыслителя и едва держа равновесие, он просидел около часа, а затем просто встал и без зазрений совести, повернувшись, прямо перед моим испуганным лицом и мордами изумленных кошек, приступил справлять свою нужду, так сказать, «без купюр». К сожалению, как вы можете догадаться, я не единственная, у кого в нашей семье это вызвало недоумение, поэтому без перепалки не обошлось. На наши замечания мужчина отвечал грубостью, так как чувства его были оскорблены. Он долго не хотел покидать нашу приятную компанию, а затем, когда я призвала к его совести, назвала «животным» — что-то перевернулось в его взоре и он молча, но гордо, ушел прочь. Традиционно, полиция приехала лишь через час, когда инцидент был уже исчерпан.

Вообще, район, в котором я живу — для меня это и есть настоящий Петербург. Почти в соседнем доме некогда была зарублена старуха-процентщица, а до сих пор не расселенная коммуналка образца 60-х годов — это совершенно нормальная практика для здешнего старого фонда. Количество бомжей практически сравнялось с количеством прогуливающихся хипстеров, коты всё также неизменно плодятся и орут под припаркованными, будто навечно, старенькими копейками и новенькими джипами-паркетниками, а гиды водят экскурсии по «Петербургу Достоевского», самозабвенно рассказывая о тайнах и легендах.

И всё как-то идёт своим чередом, сезоны сменяют друг друга, а жизнь продолжается.

Фото: Михаил Тарасов

 

настроение

comments powered by HyperComments