ностальгия

Назад в будущее

Я закрываю глаза.

Мне семнадцать, я еду в метро, в голове гуляет ветер, и вьется рой мыслей. В ушах плеер, в плеере — Tom Waits или грэмминосная пластинка Norah Jones. На мне серёжки «мейд ин чайна», купленные в ларьке и приглянувшиеся, вероятно, восточной или цыганской экзотикой — они еле слышно бренчат при движении. В сумке толстенный блокнот в кожаном переплёте, а в нём богатый внутренний мир юной барышни: расписание лекций в университете, фамилии преподавателей и названия учебной литературы, интересные цитаты и афоризмы, номера телефонов и адреса друзей и случайных знакомых. Заумные названия книг, выставок и музыкальных альбомов, пара смятых клубных флаеров и, разумеется, несколько строчек несуразно-графоманской поэзии и прозы. Я мчу на лекцию по истории, благополучно проспав первые две пары. Всматриваюсь в глубину темноты подземного тоннеля. Или в свое отражение на дверях с надписью «не прислоняться». Я либо еще, либо уже не влюблена, но отчётливо помню/представляю спектр чувств, возникающих при этом временном заболевании. Могу написать об этом песню. И кажется это абсолютно нормальным, ничем не примечательным свойством человека моего возраста. Я воодушевлена своей теперешней жизнью, ведь наконец-то настало студенчество! А пару месяцев назад у меня появилась музыкальная группа: ничего особенного, просто четверо друзей собрались вместе поиграть. Мы играем кавер-версии любимых песен и несколько авторских.

«Было бы здорово однажды сыграть концерт», — думаем мы, но пока это кажется только смелыми мечтами.

Мы не модные ребята, но нам всё равно, потому что в кайф вот так собираться, запивая болтовню чаем с плиткой шоколада, рассуждать о джазе, казаться себе суперинтеллектуальными, звать соседей на домашние концерты и наслаждаться каждым днём.


Примерно так. Я не из тех, кто любит предаваться воспоминаниям, перебирать старые вещи с ностальгией и перечитывать свои школьные сочинения с умилением. Потому что это кажется временными этапами, ступенями, через которые пришлось пройти, чтобы оказаться там, где я есть. Для меня это всё — школьные сочинения: внезапно красноречивые и мудрые не по возрасту, но чаще наивные и даже нелепые.

undefined
И тем не менее, каждый год накануне двух дней рождений, моего и группы Non Cadenza, невольно возвращаюсь в то самое «начало». Во всей суматохе репетиций, интервью, встреч и сценарных планов вдруг случается вспомнить себя 5, 8, 10 лет назад...
Не представить, какое количество раз приходилось рассказывать эту историю. И, всё-таки, память — удивительный механизм: одни моменты забываются, а, казалось бы, не такие уж и важные детали запоминаются подробно.

undefined

В действительности началось всё с аудио-кассеты (если вы помните, что это такое).

 Я слепила её буквально с диктофоном под мышкой у себя дома и, в общем-то, для себя. В упор не помню, что на ней было. Потом случилась судьбоносная встреча с другом, а следом и с целой компанией друзей. В итоге нас было четверо — саксофонист, перкуссионист, басист и я в тандеме со скрипучим пианино. На моё восемнадцатилетие мы исполнили концерт для наполовину незнакомой аудитории и решили, что можно продолжить музицирование... В лингвистических муках было придумано слабо понятное и едва выговариваемое название — Non Cadenza (за эту выдумку я плачУ до сих пор бесконечными разъяснениями).

undefined

Мы записали диск в домашних условиях, где скрип педали пианино — это совершенно самостоятельный инструмент. Спустя год мытарств с демо-болванками по злачным заведениям и унизительных диалогов с местными управляющими дату концерта всё-таки назначили. Единственным вменяемым человеком, который с удовольствием пригласил начинающих музыкантов выступить у себя, стал арт-директор центра на Пушкинской, 10. Но тут судьба сыграла злую шутку: меня увезли в больницу с острым аппендицитом. Моя банда навещала меня каждый послеоперационный день и доводила до исступления шутками и байками, от которых свеженький шов на животе готов был разойтись в любой момент.

undefined
Через пару месяцев концерт-таки состоялся в этом намоленном месте. Случился полный аншлаг — сарафанное радио сделало своё дело.

Всё казалось волшебством — такой была энергия, и я помню ту атмосферу до сих пор.

Мы записали этот концерт, который, кстати, до сих пор бродит на просторах интернета. Возможно, однажды, я рискну его переслушать.

undefined
Сложно поверить, что еще недавно Конюшенная площадь являлась отнюдь не местом концентрации Петербургского бомонда, гламура, дорогих «тачек» и люксовых ресторанов. Еще недавно нормальная молодежь отрывалась в этих краях: вот тут спят на асфальте, рядом кого-то разнимают, там целуются, а этому явно больше не наливать. Все такие разные, но всех объединяет одно — они пришли в MOD, Bubble Bar или Ахтунг Бейби. Уму непостижимо, сколько раз мы выступали в этих клубах. И это целый квэст, который, поверьте, покруче шоу «X-Factor», и даже посерьезнее «Остаться в живых»: попробуй хотя бы зайти с двадцатикилограммовыми клавишами в забитое безумными тусовщиками помещение, переорать диджея, пробраться на сцену, расставить иструменты, выйти и отыграть концерт, пока пьяные женщины падают на барабанную установку, а их рыцари проливают пиво тебе под ноги.

Этот хаос был по-своему прекрасным, всё в нём было каким-то настоящим.

Забавно, но в этом сумасшествии мы узнали первых поклонников и, главное, обрели директора. И с этого, пожалуй, начались серьезные перемены.

undefined
Без перемен невозможно двигаться дальше. Время шло, обстоятельства менялись. У каждого была своя жизнь, и музыкантам приходилось делать выбор. Иногда не в пользу Non Cadenza. Кто-то, уходя, забирал с собой товарища, новый участник приводил с собой двух. Каждый, кто в то или иное время был частью группы, привнёс свою частичку и в её репертуар, и в звучание. Так коллектив сменил всех первоначальных участников и пришёл к звуку, мало похожему на тот, с которым мы отправлялись в плавание изначально.

Группа существовала как постоянно развивающийся организм, и всё происходило совершенно естественно.

 

undefined

Когда вы смотрите на вашу любимую музыкальную группу, скорее всего, вам кажется, что жизнь музыканта/певца — это сплошной кайф, безудержное веселье и неприличные гонорары. Конечно, это заблуждение.

Мало кто представляет труд, стресс и полнейший дискомфорт, через который приходится пройти, прежде чем добиться какого-то мало-мальски успешного результата.

undefined

Я вспоминаю эти времена с улыбкой. Да и забыть так просто не выйдет, как в мороз ты прёшься на репетиционную точку с инструментом за спиной. Она может располагаться, к примеру, на кладбище в утепленном контейнере, а может быть в маленькой комнатушке на заводе без отопления всё тем же лютым зимним вечером... Сложно забыть сидячий плацкарт: когда ты едешь в Москву без единой надежды на любое подобие гонорара, когда ты едешь «за идею». Ютишься у друзей, в задрипанных хостелах, и всё это только за одно счастье — играть свою музыку для людей, пускай их только сорок человек в зале. Сложно забыть, как ты бесконечное количество раз продолжаешь эти «нулевые» поездки, играешь в милых столичных «Подъмосковье», «Дума», «Мастерская», «Китайский Лётчик Джао Да» для искренних и немногочисленных слушателей, когда однажды — Бац! — и двери клуба закрываются: он переполнен гостями и всех желающих вместить не готов. Когда потом в одном из клубов побольше вам до выхода на сцену не могут элементарно чаю принести, ибо понятия не имеют, кто вы вообще такие, а после арт-директор заходит в гримёрку и с изумлением проиносит «сегодня у нас не хватило вешалок в гардеробе». И пожимает руку каждому. Когда ты устал, заболел, не в духе, поссорился, потерял, и никто из зрителей не заслуживает того, чтобы догадаться об этом. Ведь он пришёл за музыкой, за праздником, за волшебством.

undefined
Мне видится, всё больше людей сегодня гонится за славой.

Мы всегда гонялись за мечтой и не успевали сами за собой.

Если ты идешь в ТВ-проект или к продюсеру за тем, чтобы стать артистом, придешь ты явно не по адресу. Если ты достиг вершины стремительно и без труда, таким же мимолётным будет миг этой славы и болезненным падение. А если ты знаешь, что такое сидячий плацкарт — тебе ничего уже не страшно!)


undefined
P. S.: Может не очень часто вслух и при личной встрече, но мысленно, я никогда не забываю говорить «СПАСИБО» всем тем, кто повстречался на моём пути. Всем музыкантам, когда-либо игравшим со мной, единомышленникам, педагогам, друзьям и директорам в многочисленных городах. Всем тем, кто не переставал верить в нашу мечту. Спасибо вам!

Завтра мы отмечаем день рождения одиннадцатилетнего плавания корабля под названием "Саша Алмазова и Non Cadenza" и очень ждем каждого из вас! Подробности: www.noncadenza.ru

ностальгия

comments powered by HyperComments